Поиск
На сайте: 567989 статей, 285490 фото.

Аноним (фильм, интересные факты)

«Аноним»

Содержание

Интересные факты

Он или не он? Вот в чём вопрос

Вопрос об истинном авторстве работ Шекспира подняли более века назад. Был ли этот бородач из Стратфорда-на-Эйвоне истинным творцом трагической судьбы Гамлета, запретной любви Ромео и всепоглощающего чувства вины Леди Макбет? Может ли так быть, чтобы простой стратфордский горожанин сам создал всех этих вневременных персонажей? Достоверных сведений о Шекспире ничтожно мало. Многим кажется крайне неправдоподобным, что этот человек, сын неграмотного торговца, мог создать «Венецианского купца», «Короля Лир», «Генриха V» и другие шедевры мировой литературы. По имеющимся свидетельствам, всё образование Шекспира — сельская школа. Нет никаких сведений, что Шекспир когда-либо выезжал из страны или учил иностранные языки. У него просто не могло быть достаточного словарного запаса, чтобы создать самые обсуждаемые в мире пьесы. Вся опора историков — несколько официальных документов за подписью Шекспира, причём в них встречается по меньшей мере шесть разных вариантов написания этого имени по-английски. Кроме написанных им пьес нет никаких рукописей, писем, дневниковых записей — ничего другого, что было бы подписано именем Шекспира. Все эти факты по меньшей мере сбивают с толку. Смерть Шекспира а 1616 году не была замечена общественностью, что было большой редкостью среди известных писателей того времени. Дальше — больше: его жена и дети (к слову, неграмотные) не получили в наследство никаких денег, и в этом наследстве вообще не упоминаются никакие рукописи, книги или другие письменные работы.
Среди приверженцев антистратфордианского движения (сомневающихся в реальном авторстве Шекспира) — именитые писатели, учителя, всемирно известные актёры, режиссёры и учёные. Среди них — Зигмунд Фрейд, Орсон Уэллс, Чарли Чаплин, Марк Твен, Ральф Уолдо Эмерсон, Уолт Уитмен, Сэр Дерек Джекоби, и Сэр Джон Гилгуд. Некоторые из них считают, что за работами Шекспира стоит коллектив авторов, другие считают, что за его именем стоят отдельные выдающиеся писатели и мыслители — Эдуард де Вер (Граф Оксфорд), Френсис Бэкон или Кристофер Марлоу.
В кругах антистратфордианцев самым правдоподобным кандидатам на роль Шекспира считается Граф Оксфорд. В его пользу говорят многочисленные обстоятельств его жизни их совпадения с работами Шекспира. Например, Оксфорд провёл больше года в путешествиях по Европе — где он побывал в тех городах, с которыми Шекспир, судя по всему, был не понаслышке знаком: Падуя, Милан, Верона, Мантуя, Флоренция и Сиена. Другой факт — поразительное сходство между жизнью Оксфорда и сюжетом «Гамлета», только на месте Полония был его свёкор Уильям Сесил, его дочь Анна — Офелия, сама королева, ставшая прообразом Гертруды, была Оксфорду как мать с двенадцати лет, и позже стала его любовницей. Можно ли назвать случайным совпадением то, что в личной копии Библии Оксфорда отмечен ровно тот отрывок, который встречается у Шекспира? Или то, например, что одно время Оксфорда называли «копьетрясом» (spear shaker)?
И, конечно, с другой стороны, приверженцы стратфордианской теории верят, что Уильям Шекспир из Стратфорда на самом деле создал 37 пьес и 154 сонета. Они не сомневаются, что все до единой работы принадлежат этому драматургу, приехавшему в Лондон, чтобы заработать денег на своём искусстве. Их теорию поддерживают четыре главных аргумента. Во-первых, изданные при жизни Шекспира работы подписаны его именем, во-вторых, в предисловии к «Первому фолио» Бен Джонсон называет Шекспира «эйвонским лебедем» (фолио издали через семь лет после смерти Шекспира), во-третьих, актёры-современники Шекспира Хеминдежс и Конделл (упомянутые в завещании писателя) говорят, что именно Шекспир был автором фолио, и, наконец, эпитафия на могиле Шекспира в Стратфорде намекает на то, что усопший был писателем.
Исторического материала о временах Шекспира очень мало, и потому в любой теории нетрудно найти провалы и несоответствия. Однако о Шекспире известно значительно меньше, чем о большинстве актёров и драматургов того времени. При жизни Шекспира уважали и почитали, но перед ним не преклонялись, и только в середине XIX века его работы явили на свет из праха писатели Викторианской эпохи.
В 1978 году Гарри Блекман и судья Пол Стивенс устроили в Верховном суде США своего рода судебный процесс по делу авторства Шекспира. Верховный судья Бреннан постановил, что Граф Оксфорд не может быть признанным законным автором работ Шекспира из-за недостаточной доказательной базы. Однако было отмечено, что хотя это решение было законным, оно не обязательно было верным. По сей день не найдено достаточно достоверных свидетельств, чтобы принять какую-либо теорию, и чисто теоретически у этого спора нет разрешения. Однако есть и другой вопрос: при том, что эти работы сохранились в веках и актуальны по сей день, насколько реально важно, кем был Шекспир?

О фильме

Не верится, что Роланд Эммерих, широко известный по блокбастерам «День независимости», «Послезавтра» и «2012», займётся фильмом об Англии в Елизаветинской Англии. Однако сделать фильм на основе истории об авторстве Шекспира было его давней мечтой — и теперь она осуществилась в фильме «Аноним» Вопрос авторства Шекспира впервые увлёк Эммериха после разговора со сценаристом Джоном Орлоффом, который сам несколько лет изучал этот вопрос и уже собрал к тому времени наброски к фильму под рабочим названием «Душа эпохи». Как рассказывает Орлофф, «у нас была встреча по другому проекту. Когда Роланд спросил меня о других моих проектах, я решил пойти ва-банк и рассказать о «Душе эпохи».
Орлофф увлёкся историей об авторстве Шекспира ещё в студенческие годы, 20 лет назад. Как он сам говорит, первой его мыслью было «Почему мне раньше об этом никто не говорил?! Вторая мысль, — вспоминает Орлофф, почему бы не сделать из этого мощный фильм? Там было бы всё: убийство, секс, ложь, предательство — все компоненты драмы Шекспира».
За основу будущего сценария Орлофф взял идею о двух писателях — человека по имени Шекспир и истинного писателя, скрывающегося за его спиной. «Бен Джонсон написал предисловие к первому официальному изданию пьес Шекспира, и в нём он посвящает Шекспиру прекрасный хвалебный стих. Но на этот момент Шекспир уже умер, и если найти, что Джонсон писал о Шекспире при жизни — там будет мало лестного. Где-то он даже издевается над ним и остро критикует. Мне показалось, что Джонсон говорит о двух разных людях — о настоящем писателе и о мошеннике».
Эммерих сразу заинтересовался идеей Орлоффа. У него самого были некоторые наработки, которые удачно ложились в сюжетную канву: «Сценарий по большей части был об отношениях Бена Джонсона, Уильяма Шекспира и Эдуарда Де Вера, — вокруг этого, в общем, фильм и строился. И мне показалось, что чего-то не хватает, и я подумал: «А что же было главной темой того времени?» — и ответ был очевиден: престолонаследие», — у королевы Елизаветы не было наследника, и был большой вопрос, кто её сменит. «У меня, — признаётся Орлофф, — был небольшой сценарий о творчестве и зависти. А Роланд хотел сделать из него историю с безграничными драматическими возможностями».
По словам Эммериха, он сделал ставку не только на то, что Шекспир не был истинным автором своих произведений. «Новое направление в сценарии открыло нам безграничные возможности сюжета. В нём появились новые отношения и новые вопросы. Самым мощным и богатым направлением мне показалось отношение искусства и политики — может ли перо быть сильнее меча?» Работать над сценарием было непросто, ведь Шекспировский вопрос до сих пор активно обсуждается. Как говорил Орлофф, «когда пишешь сценарий по историческим событиям и документам, нужно найти правильное соотношение между фактами и драматическими событиями. Мы пытались сделать фильм как можно более правдивым, и я лично очень рад, что мы сделали настолько правдивый фильм — если следовать версии, что за Шекспиром стоял Де Вер, впрочем, с этим не все согласятся».
«У Роланда есть этот особый нюх на истории, на которые люди обратят внимание», — признаётся сопродюсер Кирстин Уинклер. По её словам, к этому фильму его привлекла возможность поднять тему авторства Шекспира и привлечь новых людей к её обсуждению. «Я уверена, что фильм не пытается доказать всем, что именно эта версия истинная. Это только версия, одна из многих». Поэтому Кирстин не удивится, если вокруг фильма начнутся горячие споры: «Стратфордианцы — люди активные и эмоциональные, и они очень радеют за чистоту образа Шекспира».
По мнению актёра Дэвида Тьюлиса, если принимать во внимание все околоисторические споры, это сам по себе интересный фильм: «Какой бы вы не придерживались позиции, сюжет у фильма отличный. Роланд болеет вопросом авторства, и он хочет донести его смысл до зрителя. Он хулиган и бунтарь, но такой фильм — смелое предприятие, даже по его меркам».
Помимо истории Эммериха привлекла возможность по-новому показать Лондон Елизаветинской эпохи. «Я хотел показать людям виды Лондона того времени, а для этого нужны были мощные общие планы. Сначала я думал построить большую декорацию, но в последние пять-шесть лет компьютерная графика настолько шагнула вперёд, что не оставалось сомнений — нужно было делать Лондон на компьютере. Так мы могли показать Лондон в сотнях сцен по всему фильму».
Чтобы реализовать идеи Эммериха, художник-постановщик Себастьян Кравинкель тесно сотрудничал с постановщиком спецэффектов Фолькером Энгелем и Марком Вайгертом: «В подобных исторических фильмах редко встречаются такие мощные общие планы, но Марк и Фолькер добились нужного результата. Благодаря их работе фильм получился совершенно уникальный».

Актёрский состав

На «Анониме» Эммерих собрал своих самых любимых и желанных актёров. «Мне, — как он сам рассказывает, — несказанно повезло. Это, наверное, лучшая команда актёров, которую мне удавалось собрать». Во главе угла здесь Рис Иванс в роли Графа Оксфорда, а также Ванесса Редгрейв, Джоэли Ричардсон, Дэвид Тьюлис, Ксавьер Сэмюэл, Себастьян Арместо, Рейф Сполл, Эдвард Хогг, Джейми Кэмпбелл Бауэр и Дерек Джекоби.
Рис Иванс исполняет главную роль — Эдварда Де Вера, Графа Оксфорда. По словам Эммериха, «он великолепно справился со своей задачей. Он приходил на съёмки как Рис Иванс, но от костюмеров и гримёров выходил уже Де Вер. Он вёл себя по-другому. Он был другим». Рис Иванс: «Я предложил Роланду выбор: если он хотел обезопасить себя, лучше бы он дал мне роль Шекспира. Если же ему не слабо рискнуть, то мне нужна роль Оксфорда. И он дал мне её! Обычно я не играю таких персонажей. Оксфорд — сам себе хозяин и творец. Его интеллект — это бурлящий котёл бесценных мыслей, он весь искрит, он играет ими, как и пьесы Шекспира».
Иванс согласился на работу в этом проекте отчасти из-за своего интереса к предмету фильма: «По-моему, странно, что раньше про это не снимали фильмов. Доказательная база по этой версии очень и очень сильная, и по мне так это преступление, что о величайшем писателе всех времён мы рассказываем в школе не то, что было на самом деле. Если вернуться к пьесам Шекспира, зная, что их написал Оксфорд, родится целый ворох новых идей, версий, взглядов, мыслей и предположений, о которых мы и не догадывались ранее».
В роли королевы Елизаветы выступает семейный тандем Ванессы Редгрейв и Джоэли Ричардсон — мамы и дочки. Они воплощают образ королевы в молодости и в зрелые годы. Слово режиссёру: «В фильме мы сделали флешбеки, которые объяснили бы отношения между Оксфордом и Елизаветой. Первая проблема была в том, чтобы сделать это технически. И мы пришли ко вполне естественному решению — взять в фильм Ванессу на роль зрелой королевы. Я очень обрадовался, когда она тоже согласилась играть в фильме».
Джоэли Ричардсон: «Если ты играешь Елизавету, то, считай, это вершина твоей актёрской карьеры. Для меня же дополнительным стимулом было играть с мамой в одном фильме и на одной роли. Сначала казалось, что мы не состыкуемся по графику, и хотя я из чисто эгоистических соображений хотела играть именно эту роль, мне казалось, что мама достойна её в полной мере. К счастью, всё сложилось как нельзя лучше. Когда пришло окончательное предложение на работу, мы что-то делали вместе. Когда мы узнали, что обе будем играть эту роль, мы обрадовались безмерно. Мы не занимались специальной отработкой жестов и мимики, потому что мы и так похожи, и поэтому если бы мы ввели что-то неестественное в нашу игру, это было бы видно за километр».
Ванесса Редгрейв: «Я хотела играть Елизавету с тех пор как прочитала её биографию автора Литтона Стречи — «Елизавета и Эссекс». Так что я с радостью согласилась, когда Роланд предложил мне роль королевы в зрелом возрасте, а моей дочери — её же, но в молодости. По-моему, в Елизаветинскую эпоху было больше противоречий, больше борьбы и политических игр, чем когда-либо до того. Если задуматься, сегодняшний день удивительно похож на то время». Вот что Редгрейв думает об оксфордианстве как течении в вопросе авторства Шекспира: «Сейчас я уверена, что актёр Уильям Шекспир просто не мог написать все эти пьесы и сонеты. Куда более правдоподобной представляется теория, что автором был всё-таки Оксфорд. Я помню, как в пятидесятых годах сенатор МакКарти и его особый комитет по делам писателей заставил многих писателей скрывать свои имена. Они договаривались с другими сценаристами, те подписывались под их сценариями, по ним снимались фильмы, подставные писатели получали гонорары и относили их настоящим авторам. По поводу авторства Шекспира есть немало вопросов, и я лично рада, что Роланд занимается этими вопросами, поднимает такие темы и ищет ответы. «Аноним» — совершенно завораживающая история, и это самое главное».
В «Анониме» королева Елизавета предстаёт под совершенно другим углом — не такой, какой зритель привык её воспринимать. Она живая, страстная, сильная — не такая, какой её представляют под именем «королевы-девственницы». Слово Эммериху: «Представьте, что за жизнь у неё была… У неё, у дочери Генриха VIII. Она боится за свою жизнь, но ей нужно было жить дальше, не прятаться. По-моему, вся эта история про девственницу была сфабрикована, чтобы она могла держаться подальше от своих врагов». В фильме есть даже намёки, что у королевы-девственницы были наследники. «Есть версии, что у Елизаветы было немало любовников, и при этом совершенно не исключено, что у неё могли быть дети. Считается, что она могла скрыться в замке в последние пару месяцев беременности, рожать там ребёнка и потом отдавать на воспитание в аристократическую семью».
Эммерих и Ричардсон вместе работали на фильме «Патриот» в 2000 году. По словам актрисы Джоэли Ричардсон, «здорово работать с человеком во второй или в третий раз, ведь это не так часто случается в нашем деле. И не менее приятно работать над проектом, который настолько дорог Роланду. «Аноним» не похож на его обычные приключенческие фильмы, и тем интереснее смотреть, как он справится с этой задачей. В конце концов, он воссоздаёт Англию шестнадцатого века — уже это само по себе интересно».
На роль молодого Оксфорда Эммерих взял Джейми Кэмпбелла Бауэра. Бауэр перенимает некоторые повадки Риса в роли Оксфорда: «Он иногда как будто пытается что-то сказать, но не может произнести слова. И у него получается такое интересное движение губ, очень примечательная деталь. По сути, Оксфорд не особо пафосный персонаж — он просто знает себе цену. Он знает, что из-под его пира выходят самые прекрасные строки в мире».
Рейф Сполл играет Уильяма Шекспира. «Когда Рейф пришёл на пробы, — вспоминает со-продюсер Кирстин Уинкер, — мы сразу поняли, что это тот самый персонаж, который нужен был Роланду. Он придал Шекспиру нужную нам глубину — это был одновременно и шут, и бабник, и редкостный кутила, и в нужной степени мерзавец. То, что надо». Рейф Сполл: «Шекспир в этом фильме — случайный парень с улицы, которого жизнь погружает в очень необычные условия. Начинает он как актёр — это его главная страсть. Вместе со славой его начинает окружать лесть и подхалимство — и он купается в нём, растит своё и без того огромное самомнение».
Роль советника королевы Уильяма Сесила сыграл Дэвид Тьюлис. Ему слово: «Сесил — чудесный антагонист. Это предатель, манипулятор, человеконенавистник с большой буквы. Мне такие роли импонируют, особенно тот факт, что у него есть реальный прототип, и я мог подробно изучить его. В фильме им движет, возможно, не совсем истинный мотив: он пытается пристроить престол в своих интересах». Интерес к вопросу авторства Шекспира, как говорит Тьюлис, уходит корнями в ценность Шекспировского наследия: «Нет других таких работ. Нигде больше нет этой страсти, боли, страха, столько жизни и драмы. Мы обязаны им очень многим — ведь столько всего в нашей жизни и работе уходит корнями в его время. Распространение поэзии и языков начинается как раз с Шекспира».
В роли графа Саусхемптона выступил Ксавьер Сэмюэл, сыгравший недавно в «Затмении» из «Сумеречной саги». Для него Оксфорд всю жизнь был своего рода кумиром: «Он большой поклонник театра, и именно он показывает Оксфорду незнакомую ему ранее сторону сцены». Саусхемптоном движет его преданность — не только Оксфорду, но и графу Эссексу: «Он, — размышляет актёр, — будет бороться за то, во что свято верит. И когда Эссекс разыгрывает бунт, ему остаётся верить только в Оксфорда».
Себастьян Арместо сыграл роль Бена Джонсона. Он чуть было не упустил свой шанс попробоваться на эту роль — в тот момент он работал в Японии, и вместо очного прослушивания записал себя на камеру, выложил в интернет и отправил ссылку. Изначально Арместо попросили снять пробы для небольшой роли в фильме Кристофера Марлоу, но, по словам со-продюсера Кирстин Уинклер, когда Эммерих посмотрел его пробы на эту роль, он сразу узнал на них нужного ему персонажа: «Да это же наш Бен Джонсон!» — промолвил Эммерих и попросил соединить их. «По сути, — вспоминает Кирстин, — он получил роль сразу, без проб. Мы, конечно, встретились, чтобы закрепить все соглашения, но дело было в шляпе с самого начала». Вот как Себастьян Арместо описывает своего персонажа: «Сначала это не очень успешный драматург, идеалист, и, подобно многим идеалистам, переживает столкновение с реальностью. Оксфорд затягивает его в хитросплетения сюжета, и ему предстоит повлиять на престолонаследие».
Сына Уильяма Сесила, Роберта, сыграл Эдвард Хогг, восходящая звезда сцены. После смерти отца он берёт на себя его роль: «В каком-то смысле, мне кажется, он не лучше и не хуже кого-либо в фильме. Все здесь хотят власти. Но они с отцом — самые настоящие злодеи. Так, по крайней мере, выходит в конце». Чтобы сыграть эту роль, Хоггу пришлось сильно измениться: «Причёска и грим у этого персонажа — это что-то невообразимое. Они меня меняют полностью и целиком, я совершенно на себя не похож. Когда я смотрю на себя в зеркале в гриме, я понимаю, что передо мной какой-то другой человек. Помню, на третий день съёмок Орлофф приехал на студию — привёз мне сценарий — и спрашивает меня: «Хогга не видел? Надо ему передать новый сценарий», — на что я всегда удивлялся, и его тоже обескураживал. И так было несколько раз».
В роли «Пролога» выступил Дерек Джекоби. Он придаст истории законченный вид.

Съёмки

Чтобы воссоздать на экране елизаветинскую Англию, Эммерих собрал команду лучших закадровых творцов, в их числе Себастьян Кравинкель (художник-постановщик), Лизи Кристл (художник по костюмам), Волькер Энгель и Марк Вейгерт (компьютерная графика). Оператором-постановщиком стала Анна Ферстер, впервые работавшая на съёмочной площадке с Эммерихом на фильме «Луна 44» (тогда она была помощником оператора), и затем не раз сотрудничавшая с режиссёром на его последующих проектах. С помощью новой технологии, позволяющей снимать при плохом освещении, Ферстер придала фильму очень реалистичный и атмосферный свет. «Благодаря развитию цифрового кино мы можем использовать свет свечей или костра, ― говорит Ферстер, ― и если сюжет тесно связан с историческим периодом, то использование свечей, каминов ― словом, всего доступного натурального освещения ― добавляет фильму реалистичности». Ферстер и Эммерих признаются, что на визуальное оформление фильма оказали влияние работы Яна Вермеера и Жоржа Де Ла Тур. «Вермеер использует мягкий рассеянный дневной свет, проникающий в комнату сквозь окна; Де Ла Тур же склоняется к единственному источнику света на картине ― будь то свеча или лампа. Это нас очень вдохновило ― не в том смысле, что каждая мизансцена должна была выглядеть как картина, но в том, что такой подход повлиял на композицию кадров».
Себастьян Кравинкель, впервые выступающий в качестве художника-постановщика, признаётся, что он провёл большую исследовательскую работу в подготовительный период. «Я отправился в Лондон, посетил там множество музеев, скупал все книги о Елизаветинских временах и архитектуре того времени. Как по мне, историческая точность очень важна. При работе над другими фильмами, может быть, ещё можно позволить себе некоторые вольности, но в «Анониме» мы старались соответствовать действительности».
Самым сложным для Кравинкеля стало воссоздание театров «Роуз» и в «Глобус». Имелось несколько изображений фасада театра «Глобус», но ни одного изображения его интерьера, написанного художниками того времени. Никто не может точно сказать, каким этот театр был изнутри. Кравинкель старался сделать его внешнюю сторону максимально близкой к изображенной на картинах Николаса ван Фишера, ― похожей на высокую башню. Что касается внутреннего убранства, то, не желая, чтобы оно точь-в-точь повторяло современный интерьер театра «Глобус» в Лондоне, художник-постановщик попытался сделать его похожим на дворянские одежды того периода: красочным, с многочисленными орнаментами, переливающимися на свету. «Здорово, что можно было позволить себе немного творчества и превратить «Глобус» в красивую шкатулочку».
Два театра в фильме ― это фактически одна и та же декорация: в процессе съёмок «Роуз» перестроили «Глобус». Кравинкель добавил им отличий, придав «Роуз» более деревенскую атмосферу. «Это деревянный театр, более тёмный и мрачный по цветовой гамме. Предполагается, что он был построен за 20 лет до происходящих в фильме событий, и потому уже успел состариться и обветшать», ― говорит Кравинкель. «Глобус же выглядит как «с иголочки», когда мы видим его в фильме в первый раз». Согласно задумке, «Глобус» должен был стать улучшенной версией «Роуз», с элементами архитектуры и материалами для постройки, позаимствованными из строительства зданий судов. Театр строили 3 месяца на студиях «Бабельсберг» в Берлине.
Кравинкель и его команда дизайнеров тесно сотрудничали с командой компьютерной графики. На «Анониме» Эммерих вновь сотрудничает с Волкером Энгелем и Марком Вейгертом, с которыми он работал на «Дне Независимости», «2012» и других картинах. «Обычно первым делом на съёмки приглашают нас с Волкером, равно как и художника-постановщика, в данном случае ― умницу Себастьяна Кравинкеля. Большинство людей считает, что создание спецэффектов относится к периоду постпродакшн (собственно, так раньше и было), но сейчас мы приступаем к работе ещё до того, как строятся декорации». Спецэффекты играют очень важную роль в фильме, так как Эммерих собирался показать елизаветинскую Англию такой, какой её никто и никогда ещё не показывал. К примеру, в фильме есть длинный панорамный план («Такие обычно снимаются с вертолёта», ― поясняет Энгель) всего Лондона с тысячами людей перед театром «Глобус»: он полностью создан с помощью графики. Кроме того, изначально было решено, что на компьютере нарисуют ряд ключевых мест, в которых происходит действие (включая Лондонский Мост, Тауэр и Уайтхолл ― Дворец королевы Елизаветы).
«Роланд хотел, чтобы небольшие сцены ― сцены бесед персонажей ― происходили в эффектном окружении, например, на Лондонском мосту», ― поясняет Вейгерт. Работа над оформлением началась с того, что художник-постановщик Кравинкель создал на основе своего исследования 2D- и 3D-эскизы для команды компьютерной графики. «Мы взяли за точку отсчёта исторические карты и затем воссоздали основные элементы ― Лондонский мост, Тауэр, Собор Святого Павла. Есть немало набросков и эскизов Тауэра и Собора, по которым можно понять, как они должны выглядеть, ― да и вообще, большая часть Тауэра осталась неизменной. Сложнее было с другой натурой, например, Лондонским мостом или Уайтхоллом. И конечно, стоит отметить, что для каждого эскиза Роланд подбирал свой ракурс съёмки».
Команда Энгеля и Вейгерта затем воспроизводила эскизы на компьютере. «Мы совершенствуем фотографию, делаем так, чтобы она выглядела реалистично, освещаем её, адаптируем ко всем ракурсам камеры», ― объясняет Вейгерт. Сами же актёры снимаются на зелёном фоне. «Это завораживает ― делать что-то, абсолютно отличное от предыдущих работ Роланда», ― говорит Энгель, пришедший на съёмочную площадку «Анонима» непосредственно с Эммериховского «2012». «Мы только-только закончили грандиозный фильм-катастрофу, в котором всё разрушается. Нынешний проект совершенно другой, его главная задача ― воссоздать историческое время: огромные городские планы, Лондонский мост, Тауэр ― всё, что сегодня выглядит совершенно иначе либо вовсе не существует. Наша же задача была в том, чтобы поместить актёров в максимально правдоподобную обстановку».
Опытному художнику по костюмам Лизи Кристл проект предоставил широкие возможности. «Англия елизаветинских времен ― один из лучших периодов, о которых может мечтать художник по костюмам» ― признаётся она. «Я немка, и я никогда и не надеялась работать над фильмом об этом времени». В своей мастерской в студиях «Бабельсберг» Кристл смогла создать сотни костюмов собственного производства. Сама Кристл и команда её помощников вручную изготовили около трехсот костюмов, начиная со сшитых на заказ платьев Елизаветы и заканчивая запасной одеждой для актеров, игравших простых обывателей в театральной толпе. В самые напряженные дни за семью актёрами на сцене театра Глобус наблюдала массовка в 750 человек в полном облачении. Чтобы сшить каждый костюм, Кристл и её помощники приобретали ткань, кипятили её с тем чтобы она села, затем красили, украшали рисунками и вышивкой. Кристл изучала тот период, читала книги по истории Англии и рассматривала написанные в то время портреты. «Я делала коллаж почти для каждого основного героя и черпала вдохновение из различных источников, ― вспоминает Кристл, ― Роланду нравятся детали, и он предоставил мне довольно много свободы. Если в сценарии указано, что «костюм видал свои лучшие дни», то это означало, что нам нужно было состарить его, создать впечатление, что его долго носили».
Королева Елизавета меняет в фильме около двадцати платьев ― и все они были сшиты вручную в Лондоне в «Sands Film», всемирно известной костюмной мастерской. Кроме того, Кристл и её команда создали все аксессуары Елизаветы, включая украшения, чулки и обувь.

О режиссёре

Роланд Эммерих, режиссёр «Анонима», горел этим проектом: по его словам, в этом нет ничего сверхъестественного, стоит лишь полностью погрузиться в проект. «Я подумал, что это без оговорок захватывающий сюжет для фильма, ― говорит он. Мне нравится снимать кино о том, о чём люди смогут поспорить. Фильм типа «Послезавтра» ― конечно, развлекательный (хочется верить), ― но вместе с тем он даёт пищу для размышлений, это довольно актуальная тема. Если посмотреть на него под таким углом, то станет очевидным, почему меня заинтересовал этот фильм».
Эммерих надеется, что «молодое поколение откроет для себя Уильяма Шекспира. В сущности, это не так важно, кто именно автор работ, подписанных его именем, потому что они сами по себе изумительны. Мы все счастливцы, потому что можем передавать их из поколения в поколение».
Рис Иванс говорит, что Эммерих идеально подошёл для съёмок этого фильма, требовавших не только внимания к деталям, но и умения заставить множество людей работать слаженно, словно отточенный механизм. «Я работал с режиссёрами, которые уделяли много внимания деталям, но при встрече с толпой просто терялись. Я работал также и с теми, кто мог разве что орать на людей, не имея ни малейшего представления о том, как нужно разговаривать с актёром. Роланд способен и на то, и на другое, ― отмечает он. Нужны невероятный талант и огромный багаж знаний, чтобы уметь оставаться человеком. На съёмочной площадке не прозвучало ни единого замечания, всё всегда решалось шёпотом или обсуждалось отдельно в стороне. По-моему, это просто очаровывает». «Роланд может прийти и сделать малюсенькое замечание, которое сразу настроит тебя на нужный лад и улучшит твою игру. Каждое замечание, которое было сделано мне, помогало мне работать лучше ― Роланд понимает актёрскую игру, а это, я думаю, умеют далеко не все режиссёры».

Отрывок из «Умер ли Шекспир?» Марка Твена


По материалам Пресс-релиза Sony Pictures Releasing CIS

Ссылки