Поиск
На сайте: 686233 статей, 310781 фото.

Якубовская А.С. Интервью с Михаилом Мамедовым

Михаил Мамедов

Качество режиссуры спектакля определяется количеством зрителей, ушедших из театра в антракте.

Вопрос: Михаил Григорьевич, вы являетесь, заместителем председателя «Содружества режиссёров», расскажите подробнее о своей деятельности?

Организация «Содружество режиссёров» курирует театры в Брянске, Новгороде, Красноярске, Новосибирске и во многих других городах и направляет московских режиссёров работать в провинциальные театры, потому что они сами не могут найти для себя режиссёров-постановщиков. А у нас есть большой список режиссёров, которые вступают в это содружество и готовы поехать, куда их пригласят.

Вопрос: А вы сами работали в этих театрах?

Я всю жизнь боялся быть режиссером «из кабинета — в машину, из машины — домой». Люблю работать в разных театрах, люблю новых людей, новые лица, новые впечатления. Я работал так же в театрах за границей в Германии, в Болгарии, в Турции.

Вопрос: Простите за банальный вопрос, Вы очень преданы театру?

Мне очень трудно без театра. Театр — это особая магия, иногда жёстокая к тому, кто её практикует. Например, когда режиссёр ставит комедию, и наблюдая из-за кулис за живыми зрителями в зале, которые не смеются, зевают или дремлют в ожидании окончания «кошмара»… Я понимаю, какая это беда, если зритель уходит в антракте. Режиссёр определяется количеством зрителей, ушедших в антракте его спектакля. Кино можно снять и тешить себя надеждой, что ты гениальный режиссёр. А кто его будет смотреть, и сколько раз зритель переключил канал, по которому шёл твой фильм, ты никогда не узнаешь. Театр в этом смысле более жесток.

Вопрос: А где Вы любите больше работать: в России или за границей?

Люблю, конечно, в России. Потому что я всю жизнь ставил комедии. А юмор во многом явление национальное. Я люблю комедию, потому что это жанр, который дарит надежду. Учит смотреть на мир веселее.
Смеховая терапия очень важна для человека, она помогает жить. Наши актеры обделены и по зарплате и по бытовым условиям, от того они и чувствуют зрителя, такого же, как они сами. Они на одной волне, совпадают эмоционально. А если спектакль эмоционально не цепляет зрителя, он не пойдёт в театр. За зрителя надо бороться.

Вопрос: Михаил Григорьевич, а где зритель больше ходит в театр, в Европе или в России?

В Европе ходить в театр — престижно. Там ходят в театр определенные слои. Поэтому и цены на билеты весьма дорогие и темы для восприятия «высокие». Остальные смотрят телевизор. Это всегда так было и есть. Театр всегда считался времяпровождением элиты. В Европе театр рассматривает «высокие» темы, что есть смерть, что есть жизнь. Там поднимаются экзистенциальные вопросы.
У нас, конечно, многое упрощено. У нас главная задача — отвлечь зрителя от его тяжёлой бытовой жизни. С другой стороны, это правильно, человеческая душа жаждет, чтобы в неё вселили радость.

Вопрос: А с какими актёрами вы любите больше работать?

Пусть не обижаются киноактёры, но театральные актёры сильнее. Когда актёр каждый день выходит на сцену, его психофизический аппарат получает развитие, тренировку. Это как в спорте, как в любом виде деятельности. Работу надо делать каждый день, только тогда ты способен ее выполнять всегда на высоком уровне. Термин «мастерство» никто не отменял.
Поэтому театральные актеры легко адаптируются в кино. А вот киноартисты в театре хороши не всегда. В театре надо держать в напряжении по семьсот, восемьсот зрителей, сделать так, чтобы зритель затаил дыхание и с увлечением, забыв обо всём, «погрузился» в спектакль.

Вопрос: Михаил Григорьевич, Вы все-таки «изменили» театру и сняли сериал «Такова жизнь», о чём этот фильм?

Об одиночестве и неприкаянности. Для меня очень большая часть людей — это невостребованные личности. Человек очень несчастен, если занимается нелюбимым делом. Я подумал, а что если эти персонажи из одиночества вырвутся с помощью любви? Это «сверхзадача» картины.
Одиночество, по-моему, что-то ненормальное. Жизнь человеку даётся один раз, преступно проживать её в одиночестве. Ищите, делайте что-то, боритесь за то, чтобы быть вдвоём с любимым и близким человеком.

Вопрос: Скажите, у провинциальных театров есть будущее?

Без поддержки государства — нет.
Нужно понять, если закроется театр, то что останется? Интернет? Человеку нужен человек. Необходимо живое общение. Иначе мы превратимся в механизмы.
Поэтому, я считаю, всеми силами нужно сохранять театры, где живые актёры общаются с живыми зрителями.
Вспоминаю, в девяностых годах одного мэра, не буду называть, в каком городе он «мэрствовал», так вот, его вынуждали закрыть театр. И тогда он сказал: «… когда я выйду на пенсию и буду гулять по городу, я не хочу, чтобы люди говорили мне вслед, что вот, мол, идёт бывший мэр, который закрыл театр, работавший двести лет». Этот человек думал о будущем.
Как думали о нём те, кто в городе Кургане открывали театр в войну, в сорок третьем. Читал тамошние архивы: «выдать артистам пять пар обуви, ситец, остатки бархата на театральные костюмы». Театр хоронят две тысячи лет, поэтому он никогда не умрет. Человек наелся, напился, а дальше что? Душа «взыскует».

Вопрос: Михаил Григорьевич, у вас много наград, премий?

Когда я умру, за мной на подушечке будет что нести (смеётся…). С возрастом понимаешь, что можно быть с ног до головы увешанным наградами, но это не компенсирует ничего, если никто не ходит на спектакль или фильм.
Мне недавно президент Калмыкии дал звание «Заслуженного деятеля искусств». В трудные годы я поставил много спектаклей для его народа. Можно сказать, что поспособствовал тому, чтобы актёры не разбежались, и театр не развалился. Тогда были очень трудные времена, не платили зарплату, не было денег на ремонт, у здания протекала крыша, театр еле выжил. Но зритель ждал нового спектакля, были полные залы.
А я, вспоминая те годы, могу с гордостью сказать, что я сделал всё, чтобы сохранить театр, чтобы у людей был праздник. И очень многим молодым, «модным» режиссёрам не мешало бы пройти этот нелёгкий путь.

Вопрос: Наверное, не все готовы на такое самопожертвование ради зрителя.

Не все. Но чем старше становишься, тем яснее понимаешь, что людей не переделаешь. Надо принимать их такими, какие они есть. На самом деле многие режиссеры прячут за тусовками свою человеческую несостоятельность. Надо любить зрителя в первую очередь…
В нашей профессии нельзя останавливаться в познании себя. В конечном итоге наша работа «человековедение». Но всё-таки самое трудное — это внятно, ясно рассказать историю, так, что бы она эмоционально зацепила. Мадон все рисуют, а вот не каждая цепляет. Искусство — это не «что», а «как» ты расскажешь.

Вопрос: Можете привести пример, кто внятно и ясно рассказал за последнее время историю в нашем отечественном кино?

Их единицы. В кино сегодня очень легко потерять индивидуальность. Приходит молодой режиссёр, со свежими, талантливыми идеями, начинает снимать и вдруг попадает в клише. Становится как все. И когда смотришь такое кино, думаешь — это мог снять и Иванов, и Петров, и Сидоров. Почему так происходит, это долгая и грустная история…

Вопрос: Сегодня же очень много разнообразных фильмов.

Сегодня, к сожалению больше «фильмов-клише». Иногда даже вижу, как коллега берёт и копирует какой-то фильм целыми эпизодами. А приём остаётся приёмом, если не стучит сердце.

Вопрос: У разных людей сердце бьётся по разному…

Нужно узнать своего зрителя. Всем всё равно не понравишься. Есть, например, определенный контингент — «женщины, „неустроенные“ в жизни». Для меня важно, чтобы они любили жизнь. Не занижали самооценку. Я пониманию их основную проблему. Время. Женщины меняются, стареют, чувствует себя обделёнными. Вчера она нравилась, а сегодня уже не вызывает того интерес. Я говорю им своими работами — полюби эту жизнь.

Вопрос: Вы хорошо знаете женщин-зрительниц, а женщин-актрис?

Я всегда говорю актрисам: «Не жалуйтесь никогда. И для женщин-актрис самый страшный враг — это время. Но нельзя, чтобы кто-то видел ваши страхи и слёзы. Только подушка должна знать, как вам плохо». «Физика» — это инструмент актёра. Представьте, как он начинает ржаветь, не слушаться.
Конечно, страхи и капризы актрис можно понять. Ещё недавно она играла роль Джульетты, а сейчас ей предлагают в том же спектакле сыграть няню главной героини. Тяжело с этим смириться, но надо. Увы, мы все придём в этот мир и все уйдем…

Вопрос: Вы закончили мастерскую режиссёра Гончарова, кем был для вас этот мастер?

Я очень любил Андрея Александровича. Он был невероятно талантливым человеком. Он руководил театром имени Маяковского. Это целая веха в российском театре.
Таких мастеров, как Товстоногов, Любимов, Гончаров. У Гончарова я научился выстраивать «образность» спектакля. Рассказать историю так, как её не расскажет никто другой, чтобы зритель посмотрел на эту проблему так, как раньше не смотрел никогда.

Вопрос: А почему Вы сами не преподаёте?

Вы знаете у меня очень взрывной характер. Педагоги — это отдельная профессия. Это надо спустится к ученику, на его уровень, чтобы найти общий язык. И потом медленно, шаг за шагом вместе взбираться к вершине. Научить его этой профессии, чтобы он в жизни не пропал, умел ею владеть. Вы обрекаете человека на всю жизнь этой профессией. Не все это понимают. Радости быстро уходят, а горечь поражений остается с тобой на всю жизнь. Я называю эту профессию "кладбищем самолюбия".

Вопрос: Значит, молодым режиссерам тайны мастерства открывать не хотите, а как работаете с актёрами, откроете секрет?

У каждого режиссёра есть своя кухня. Какие-то специальные приёмы провоцирования актера. Чтобы его растревожить по-настоящему, что бы он поверил в эту ситуацию. Мне с актёрами всегда было комфортно работать.
Я думаю, если точно понимать, для чего ты это делаешь, они очень откликаются. Актёры — это же «сукины дети», они видят, когда режиссёр ничего не понимает, тогда они его начинают его топить. Это беспрерывный поединок. А когда поединок заканчивается, и ты остаешься один на один со своим фильмом, потом уже никому не объяснишь, что актёр себя плохо чувствовал, что вовремя не дали машину, что было мало времени. Спросят всё равно с режиссёра.

Вопрос: В фильме «Такова жизнь» снимались замечательные актрисы — Марина Могилевская, Алика Смехова. Я слышала, что Лариса Гузеева снялась в новом для себя амплуа?

Ларисе было очень тяжело играть пожилую, вышедшую на пенсию женщину. Она красивая актриса, желающая всем нравиться, а тут ей предложили сыграть седую, с потухшими глазами героиню. Она целую ночь думала и согласилась. Она очень мужественно поступила. Перевоплотилась и сыграла чужую жизнь. Вот что значит магия перевоплощения, магия кино. Снимать и играть надо всегда так, будто ты делаешь это в последний раз.

Вопрос: Вам не кажется, что это очень категорично?

Понимаете, можно снять пять фильмов за всю жизнь и их будут смотреть десятилетиями, а можно каждый год «бацать» по фильму и никто это смотреть не будет.
В системе сериалов можно тоже остаться хорошим режиссёром, не растерять художественное дарование. А можно посадить героев в ресторане — музыка, бокалы, пью, едят, и будет действие. Я себе дал зарок, чтобы мои герои в кадре не пили, не ели, не курили. Потому что это самое простое средство, обозначить действие, а от режиссёра зависит, как придумать ради чего они собрались, ведь они не покушать сюда пришли. Должна быть причинно-следственная связь между всеми событиями…
Иногда смотришь фильм или спектакль и думаешь, зачем этот герой совершил то или иное действие? Зачем эта сцена была? Зачем этот фильм?

Вопрос: У меня тоже иногда складывается впечатление, что некоторые фильмы вообще можно было не снимать. Может, это потому, что людям, их сделавшим, лучше было бы не заниматься режиссурой?

Несчастен тот режиссёр, который без работы. Никакой житейский комфорт этого не восполнит. И для актёров очень страшно, когда не раздаются звонки с предложениями о работе. Можно сколько угодно «тусоваться», менять машины, телефоны, но не работать — это страшно.
Иногда меня спрашивают — что такое несчастье? Я долго над этим думал. Быть голодным? Кусок хлеба съел, водой запил, жить можно. Любовь — разлука? Всегда можно найти замену. Несчастен тот человек, который каждый день ходит на нелюбимую работу, потому что это — ад.
С годами в человеке скапливаются нереализованные желания и это есть несчастье. Ведь на карусель жизни пускают всего один раз. И хотелось что бы на этой карусели было больше радости и счастливых мнгновений.

www.rudata.ru Анжела Якубовская