Поиск
На сайте: 685571 статей, 310392 фото.

Новости кино: Жан-Стефан Совер, Полина Агуреева, Алехандро Ходоровски и Рутгер Хауэр о фестивале Завтра/2morrow3

Интервью с Жаном-Стефаном Совером

В прошлом году Вы сами были участником этого фестиваля и получили Гран-при за фильм «Джонни - Бешеный Пес». В этом году Вам пришлось оценивать картины Ваших коллег. Какие Ваши впечатления от работы на фестивале, от фильмов, которые Вы увидели?
Жан-Стефан Совер: Конечно, надо начать с того, что быть на фестивале в качестве члена жюри и в качестве участника конкурса – это совершенно разные вещи. Представляете, как трудно дать приз фильму, когда ты сам побывал уже в шкуре конкурсанта, а теперь ты сидишь и думаешь: да - нет, да - нет. И в продолжение этой мысли я хочу сказать, что мы все-таки постарались вручить приз фильму, который наиболее соответствовал личностям всех членов жюри. Потому что мы, конечно, сравнивали фильмы, которые участвовали в конкурсе, пытались понять, соответствует ли это тем или иным чаяниям каждого члена жюри в кино. Что было интересно с этими девятью фильмами – они все абсолютно разные, не только по стране происхождения, но и по постановке, по содержанию, совершенно разные произведения.

Были ли у Вас минуты сомнения, когда Вы задумывались над тем, какому из двух фильмов отдать свой голос при вручении Гран-при?
Жан-Стефан Совер: Нет. У жюри было единое мнение по этому вопросу, и у всех, как ни странно, было одно и то же намерение и желание.

Если бы Вам вдруг предложили вручить свой специальный приз, то какой картине и за что он бы был присужден?
Жан-Стефан Совер: Мы задавали себе похожий вопрос. Все-таки хорошо было бы добавить номинации «Актеру» и «Актрисе», не просто «Актерское мастерство», а призы двум личностям – мужской и женской, поскольку это два абсолютно разных мира. Потому что при выборе призера были сомнения (приз в номинации «Актеры» получил Пэттон Освальт, исполнитель главной роли в фильме «Большой фанат». – Е.Г.). Каталина Сааведра, игравшая в фильме «Служанка», очень мощная актриса. Но, конечно, если бы могли, мы бы всем дали призы.

Интервью с Полиной Агуреевой

Чем Вам запомнился фестиваль?
Полина Агуреева: Прежде всего, мне фестиваль запомнился прекрасными людьми, мужчинами, которые были в жюри. Это большие художники, личности и это люди, с которыми невероятно приятно общаться. Я выскажу сейчас такую крамольную мысль: обсуждение фильмов было интереснее, чем сами картины. Те, кто входили в жюри, абсолютно сумасшедшие в прекрасном смысле этого слова, все трое, и мне было очень приятно с ними общаться.

Для Вас приглашение войти в жюри фестиваля было неожиданным?
Полина Агуреева: Да, неожиданным. Я согласилась очень быстро, когда прочла, кто входит в жюри и что за стратегия у этого фестиваля. Мне нравится, что фестиваль неформальный, что он нацелен на неординарное восприятие искусства. Мне кажется, это единственно возможное восприятие искусства. Поэтому я согласилась.

Вы говорили на пресс-конференции жюри, что хотите увидеть в фильме мир, созданный художником, и оценивать картину, исходя из этого мира. Увидели ли Вы эти миры?
Полина Агуреева: Я увидела это в фильме Алехандро Ходоровски «Священная гора» и картине Джима Джармуша «Пределы контроля», но, к сожалению, они не были в конкурсной программе. Мы выбрали единогласно обладателя Гран-при - фильм «Я убил свою маму», Но знаете, так странно получилось - не было такого фильма, который бы абсолютно поразил наше воображение и который бы безоговорочно создал этот мир. Но все пришли к единому решению - выбрать картину Ксавье Долана, потому что это был единственный фильм, пытавшийся говорить на своем собственном языке. И пусть в нем есть какие-то недостатки - неизвестно, может быть, так получилось, поскольку это первый фильм и это непосредственное восприятие художника, - но, тем не менее, в нем был собственный язык, и потому мы присудили приз этой картине.

Если бы Вам довелось учреждать специальный приз на этом фестивале, в какой бы он был номинации и какому фильму Вы его присудили?
Полина Агуреева: Я присудила бы приз фильму «Хадевейх» за.. Не знаю, как точно сформулировать… Это обычно называется «Особый взгляд» на фестивалях. Меня чем-то зацепил этот фильм. Наверно, он не совершенный, но тот вопрос, который в нем поднят, очень меня заинтересовал, и мне было любопытно наблюдать за тем, как он решается героями. И манера очень любопытная. Я знаю этого режиссера, он вообще самобытный художник, и мне интересно было смотреть картину. Возможно, это не тот фильм, который я буду пересматривать, но он был интересным. Я бы дала специальный приз этому фильму за вопрос, тему, поднятую в нем.

Мне кажется, что фильмы, заставляющие размышлять над какими-то глобальными вопросами бытия, занимают совсем небольшую нишу в кинематографе. На фестивале все-таки в каждой картине был поднят тот или иной вопрос?
Полина Агуреева: Я не уверена, что в каждом фильме поднимается серьезный метафизический вопрос. Я бы не сказала, что на фестивале были такие фильмы, кроме картин Джармуша и Ходоровски. Мне кажется, что это вообще большая проблема человечества, простите за громкие слова, что такие вопросы не поднимаются или поднимаются по-школярски, неграмотно, по-дилетантски. Я чувствую большую необходимость в обсуждении таких вопросов, и еще раз повторю, что для самих людей, которые были в жюри, эти вопросы существовали. И поэтому я очень счастлива, что с ними пообщалась, у нас были очень приятные минуты в перерывах между фильмами, когда мы беседовали, обсуждали картины. Насчет отечественного кинематографа я не знаю, но, конечно, есть люди, которые наверно задаются такими вопросами, поднимают их в своих фильмах. Я бы хотела с ними познакомиться, найти их, работать с ними, потому что это самое важное, что может быть.

Алехандро Ходоровски
Перейти
Алехандро Ходоровски

Интервью с Алехандро Ходоровски

Какие Ваши впечатления от фестиваля?
Алехандро Ходровски: Если фестиваль хороший, я скажу, что это хороший фестиваль, но даже если фестиваль плохой, я все равно должен сказать, что он хороший. Поэтому, когда меня просят рассказать о России или о своих впечатлениях от фестиваля, я вынужден отвечать, что все было прекрасно. Но я буду с вами честен: Россия великолепна, а фестиваль чудесен.

Что было для Вас наиболее ярким событием?
Алехандро Ходровски: То, что я стал другом всех членов жюри, потому что иметь свое мнение - очень трудное дело, а тем более добиться какого-то общего мнения. Это значит, что нужно преодолеть собственное эго, собственное тщеславие, немножко перешагнуть через границы собственной личности. Но, как председатель жюри, я сделал все, что было в моих силах, чтобы работа жюри прошла в дружеской атмосфере. И так оно произошло, и это чудесно. И если мы - четыре таких разных человека - можем договориться между собой, значит и вся страна в целом на это способна.

Если бы у Вас была возможность вручить свой специальный приз, каким бы он был?
Алехандро Ходровски: Это был бы специальный приз за гениальность и дал бы я его сам себе, своим фильмам.

Общую черту под рассказами всех членов жюри о своих впечатлениях от фестиваля подвел Рутгер Хауэр: «Это было замечательно, замечательно и еще раз замечательно!»

21 октября 2009 года, Екатерина Гоголева специально для www.rudata.ru